Западные компании по добыче биткоина (BTC) оказались в ситуации, которую в обычной жизни назвали бы абсурдом: чтобы заработать $65 000, нужно потратить $85 000. И всё равно многие продолжают работать.
Майнинг биткоина — это высокотехнологичный бизнес с тысячами специальных компьютеров (ASIC-майнеров), которые круглосуточно решают математические задачи, подтверждая транзакции в сети. За это сеть выплачивает награду. Сейчас это 3,125 BTC за каждый новый блок транзакций. Всё просто и легко, пока не приходит счет за электричество.
Себестоимость добычи одного биткоина складывается из двух главных вещей: цены на электроэнергию и стоимости оборудования. В США электричество стоит $0,10–0,15 за киловатт-час. Чтобы добыть один биткоин, нужно примерно 112 000 кВт·ч. Простая арифметика даёт $11 000–17 000 только на свет. Это без затрат на аренду помещений, охлаждения и зарплат. Итоговая себестоимость — $75 000–90 000 за монету. Текущая цена BTC — около $65 000. Убыток очевиден.
Для отрасли ситуацию сделали критической три события, которые совпали по времени:
Халвинг (автоматическое сокращение награды майнерам вдвое) в апреле 2024 года. Сеть биткоина запрограммирована так, что каждые четыре года вознаграждение за обработку блока уменьшается в два раза. Это встроенный механизм дефляции, который делает биткоин востребованным активом, но одновременно снижает доходы добытчиков.
Падение цены BTC. Биткоин достиг исторического максимума около $126 000 в октябре 2025 года и с тех пор потерял почти половину стоимости.
Погода. В конце января шторм Fern обрушился на центральные штаты США. Крупные биткоин-фермы в Техасе и Джорджии по просьбе энергосетей отключились, чтобы не усугублять блэкауты. Мощность всей сети вычислительной сети биткойна рухнула на 30–40%: компьютеры стали решать задачи медленнее, блоки собирались по 15–16 минут вместо целевых 10 (это стандарт сети, раз в 10 минут должен просчитываться один блок). Поэтому биткойн упростил задачи для вычислений на 11%, чтобы вернуть ритм 10 минут один блок. Казалось бы, всё наладилось. Но вот шторм закончился. Фермы включились разом, мощность вернулась к состоянию до разгула ненастья, а задачи остались лёгкими. Блоки просчитывались за 6–7 минут! Сеть снова подстроилась. Восстановление сложности задач было резким и превысило допштормовый уровень.
Компании реагируют по-разному. Одни переориентируют дата-центры под серверы для Искусственного интеллекта. Там маржа пока выше. Bitfarms (канадская компания, которая раньше майнила BTC, но сейчас уходит из этого бизнеса в пользу ИИ) даже убрала слово «bitcoin» из названия, теперь она называется Keel Infrastructure. Riot Platforms испытывает давление акционеров с требованием заняться Искусственным интеллектом. Другие компании физически перевозят оборудование туда, где электричество дешевле: Казахстан, Грузия и т.д.
Для изменения ситуации нужно одно из двух: либо BTC должен вернуться к $90 000+, либо компании должны получить доступ к электроэнергии дешевле $0,06 за кВт·ч. Пока ни того, ни другого нет.
Пока западные фирмы считают убытки, в Беларуси и России майнинг остаётся прибыльным. Электроэнергия у нас стоит $0,04–0,07 за кВт·ч, себестоимость одного биткоина — $30 000–35 000. При цене $65 000 это даёт маржу около 50%. Россия сейчас занимает около 15–20% мирового хешрейта (совокупной вычислительной мощности сети), и доля растёт.
Наша страна тоже имеет высокий потенциал роста в отрасли. В ближайшие 2-3 года отечественные майнеры могут вывести Беларусь топ-10 стран, занимающихся майнингом. У нас одни из самых дешевых тарифов в Европе на покупку электричества для промышленных целей. Сюда добавляются льготы от Парка высоких технологий (ПВТ). Майнинг официально поддерживается как инструмент де-долларизации и цифровизации экономики.
