Американская биотехническая компания Life Biosciences начинает первые в истории клинические испытания препарата ER-100, направленного на омоложение человеческих клеток. По данным разработчиков, он способен обратить вспять биологические часы организма. Терапия основана на эпигенетическом перепрограммировании.

ДНК хранит генетическую программу клетки, а эпигеном — это химические метки на ДНК, регулирующие активность генов: какие включены, а какие подавлены. С возрастом метки искажаются — гены регенерации и деления подавляются, гены воспаления и дегенерации активируются. Клетка теряет функции: замедляется восстановление, снижается устойчивость к стрессам. Профессор из Гарварда Дэвид Синклер объясняет это теорией информационного старения, где утрата эпигенетической информации вызывает клеточное разрушение.

Life Biosciences — стартап из Бостона, основанный в 2017 году на базе исследований Синклера. ER-100 стал первым в мире препаратом на основе эпигенетического перепрограммирования, получившим разрешение FDA (Управление по контролю за продуктами и лекарствами США)

на испытания с участием людей.

Механизм препарата основан на так называемых факторах Яманаки — группе белков, открытых японским учёным Синьей Яманакой, за что тот получил Нобелевскую премию в 2012 году. Полный набор этих факторов (OCT4, SOX2, KLF4 и c-MYC) способен полностью «откатить» клетку до состояния стволовой. Но это вызывает риск возникновения опухолей. Поэтому в ER-100 используются только три из четырёх — OCT4, SOX2 и KLF4, сокращённо OSK. Исследователи из Гарварда сравнивают этот процесс с перезагрузкой зависшего компьютера: терапия «запускает эпигенетическую программу, которая заставляет клетки восстановить ту информацию о своем состоянии в молодости».

Первая фаза испытаний охватывает пациентов с открытоугольной глаукомой и неартериитной передней ишемической оптической нейропатией (NAION) — так называемым «глазным инсультом», при котором зрение внезапно и необратимо ухудшается. Оба заболевания связаны с гибелью ганглиозных клеток сетчатки (RGC) — нейронов, передающих сигналы от глаза к мозгу. Современная медицина умеет лишь тормозить этот процесс, но не останавливать и тем более не обращать вспять.

В исследовании 2020 года, опубликованном в Nature, лаборатория Синклера показала, что введение OSK-генов мышам с глаукомой восстанавливает паттерны метилирования ДНК (эпигенетические маркеры возраста), стимулирует регенерацию аксонов (отростков нейронов) и улучшает зрительную функцию. Следующим шагом стали эксперименты на приматах, и они тоже показали улучшение зрения. Теперь очередь за людьми.

Глаз выбран не случайно: это изолированный орган, инъекцию можно сделать точечно, а результаты легко измерить объективными методами. Идеальный полигон для первого опыта.

Впрочем, Дэвид Синклер — фигура неоднозначная. В 2024 году Wall Street Journal назвал его «гуру обращения старения вспять», чьи предыдущие компании «не оправдали ожиданий». Ранее он активно продвигал ресвератрол (вещество из красного вина) как средство продления жизни. Исследования не подтвердили эффект.

Независимые эксперты, в частности генетик Ян Вийг из Медицинского колледжа Альберта Эйнштейна, подчёркивают: старение — сложный процесс с множеством факторов, а эффект OSK в опытах на животных оказался умеренным. Поэтому многие ученые сильно сомневаются, что старение организма человека можно победить одним препаратом. Все ждут результаты клинических исследований.

Если они окажутся приемлемыми, у технологии есть очевидный потенциал выйти за пределы офтальмологии. Компания уже представила данные по применению платформы при заболеваниях печени, и в планах — тестирование при нейродегенеративных расстройствах, включая болезнь Альцгеймера. По сути, ER-100 — это не столько лекарство от глаукомы, сколько проверка концепции: можно ли управлять биологическим возрастом клеток изнутри.

Полные результаты первой фазы ожидаются не раньше 2027 года. Рынок антивозрастных технологий между тем уже привлёк сотни миллионов долларов инвестиций. Как метко выразился один венчурный инвестор: «Перепрограммирование — это ИИ в мире биологии. На это все дадут деньги».