Два самых влиятельных человека на планете сядут за стол переговоров 14–15 мая в Пекине. В центре внимания окажутся много вопросов, касающихся взаимоотношений США и Китая, но одной из ключевых эксперты называют тему, касающуюся каждого из нас: «Кто и как будет управлять Искусственным интеллектом?».
Президент США Дональд Трамп летит в Китай с делегацией, которую уже окрестили «командой мечты» американского хайтека: Дженсен Хуанг, Илон Маск, Тим Кук, Ларри Финк из BlackRock, CEO Boeing, топ-менеджеры Qualcomm, Meta, Visa, Goldman Sachs, Citigroup. Это больше похоже не на дипломатический визит, а на корпоративный форум с президентом в роли модератора. Мы уже писали об этом.
США и Китай — две страны, которые контролируют разработку самых мощных ИИ-моделей в мире. Разрыв в возможностях их моделей, по последним оценкам, сократился примерно до 2,7%. При этом обе стороны уже официально признали: гонка за всё более мощными системами способна привести к кризису, который ни одна из держав не сможет контролировать в одиночку.
Переговоры по ИИ с американской стороны возглавит министр финансов Скотт Бессент, с китайской — замминистра финансов Ляо Минь. Оба — финансисты, а не технари, не юристы и не специалисты по этике. Циники немедленно усматривают в этом сигнал: разговор пойдёт о деньгах, а не о смыслах. Но у такого кадрового решения есть и другая логика. Финансисты умеют считать риски, и именно в терминах риска обе стороны сейчас описывают угрозы от ИИ. Автономное оружие, непредсказуемое поведение моделей, кибератаки через открытые нейросети — это не философские проблемы, это вполне конкретные провалы с измеримыми последствиями. Офис науки и технологической политики США прямо называет ИИ-риски от негосударственных акторов, террористических сетей, криминальных группировок, общим национальным интересом обеих держав.
Самая интригующая линия переговоров — судьба идеи, которую Китай пытается продвинуть с 2023 года. На Всемирной конференции по ИИ в 2025 году Пекин официально предложил создать Всемирную организацию по сотрудничеству в области ИИ (WAICO). Планировалось, что главный офис будет находиться в Шанхае, а сама структура займется координацией глобальных усилий по развитию и регулированию технологии, что-то похожее на МАГАТЭ (Международное агентство по атомной энергии, которое следит за мирным использованием ядерной энергии). Год назад администрация Трампа прямо отвергала «централизованный контроль и глобальное управление» ИИ, расценивая международные регуляторные усилия как угрозу американскому лидерству и инструмент расширения китайского влияния.
Теперь, судя по всему, позиция меняется. В любом случае США не смог замедлить развитие технологии в Поднебесной. Эмбарго на поставки передовых чипов в Китай дало обратный эффект: ограничения только национальную программу технологической самодостаточности. Huawei планирует удвоить производство своих ИИ-чипов серии Ascend уже в этом году. Да, они отстают в производительности от продукции NVIDIA. Но еще год назад никто не мог предположить такого качественного скачка Китая в этой сфере. А исследователи Пекинского университета объявили о создании 2D-транзистора, который работает на 40% быстрее чипов TSMC при потреблении энергии на 10% ниже. Получается странная ситуация: санкции, призванные затормозить Китай, заставили его инвестировать в собственную отрасль с удвоенной энергией. Рычаг давления постепенно слабеет.
На этом фоне прагматичный расчёт США выглядит понятно: лучше войти в формирующуюся систему глобального управления ИИ и формировать её изнутри, чем позволить Китаю в союзе с G77 (группой развивающихся стран) строить её без американского участия. Китай уже предлагает развивающимся странам «место за столом» ИИ-управления, прямо апеллируя к их недовольству доминированием богатых наций.
Но это все планы, реализация которых, возможно, начнется при положительных результатах переговоров. Пока что политики и бизнесмены будут обсуждать более приземленные вещи. Создание «горячей линии» по ИИ-инцидентам: прямого канала между правительствами для быстрого обмена данными в случае кризиса. Второе — договорённость об ограниченном обмене информацией об атаках с использованием ИИ. Третье — возможное согласование необязательных стандартов безопасности для фронтирных моделей (самых мощных и передовых систем).
