Самая дорогая часть любого картографического проекта — сбор данных. Niantic решила эту задачу красиво: пять лет миллионы людей снимали мир на собственные телефоны, бесплатно отдавали отснятое компании и вдобавок несли ей деньги — 8,5 миллиарда долларов игровых трат за все время существования Pokémon Go. Финал истории выяснился на этой неделе: нидерландская газета Trouw сообщила, что собранные игроками сканы помогли обучить навигационную систему, которая будет использоваться военными.
Pokémon Go вышла 6 июля 2016 года и стала первой массовой игрой дополненной реальности (AR — технология, которая накладывает виртуальные объекты на изображение с камеры): покемоны «появлялись» на реальных улицах, и ловить их нужно было «вживую», гуляя по городу. На пике в игру заходили 232 миллиона человек, за первый месяц она собрала 200 миллионов долларов. Хайп схлынул, но игра все еще приносила больше миллиарда долларов ежегодно. Даже сейчас у нее свыше 20 миллионов активных пользователей в неделю.
С 2021 года в игре появились особые задания: снять короткое видео покестопа (реального места вроде памятника, кафе или детской площадки) в обмен на внутриигровые награды. Так накопилось около 30 миллиардов сканов окружающего мира с высоты человеческого роста. Из них компания собрала детальную трехмерную модель планеты и обучила на ней Visual Positioning System (VPS, «система визуального позиционирования») — технологию, которая определяет местоположение по картинке с камеры с точностью до сантиметров. Для привязки хватает двух узнаваемых ориентиров в кадре. Спутники при использовании такой системы не нужны, и в этом вся соль. GPS на современном поле боя глушат и подделывают сигнал.
Весной прошлого года Niantic продала игровой бизнес — Pokémon Go, Pikmin Bloom, Monster Hunter Now — компании Scopely, принадлежащей саудовскому Savvy Games Group, за 3,5 миллиарда долларов. Сами сканы и технология VPS в сделку не вошли: их забрало ответвление основного бизнеса Niantic Spatial. А в декабре Niantic Spatial объявила о партнерстве с Vantor — оборонной компанией, ранее известной как Maxar Intelligence. Связка наземной VPS и воздушной системы Raptor должна дать дронам, наземной технике и бойцам в AR-очках единую систему координат там, где спутниковый сигнал глушится.
Получилась невероятно выгодная «бизнес-схема». Игроки платят донатами и временем. Попутно они собирают трудоемкий массив данных и дарят его по пользовательскому соглашению, которое никто не читает. Разработчик продает игровую оболочку за 3,5 миллиарда, оставив себе главный актив. Геоданные монетизируются в оборонных контрактах, а репутационный удар «игра для детей кормит военные дроны» принимает новый владелец бренда, который к сбору сканов отношения не имел.
Краудсорсинговые платформы платят исполнителям примерно от 10 центов до доллара за геопривязанный снимок. Даже по нижней планке 30 миллиардов сканов стоили бы порядка 3 миллиардов долларов одних выплат. Google разрабатывала Street View полтора десятилетия флотом автомобилей с камерами, но машина видит только дорогу: во дворы, парки, на лестницы и пешеходные тропы ей не заехать. Покрытие уровня Pokémon Go классическим способом недостижимо ни за какие разумные деньги и сроки. Такой массив информации можно получить только внутри массового продукта, где люди снимают мир добровольно и с азартом.
Прецедент при этом далеко не первый, он просто самый наглядный. Google годами использовала reCAPTCHA: миллиарды людей, доказывая, что они не роботы, бесплатно оцифровывали книги и размечали снимки для систем компьютерного зрения. Сервис 23andMe продавал клиентам ДНК-тесты, а затем за 300 миллионов долларов открыл доступ к их генетическим данным фармгиганту GSK. Фитнес-приложение Strava в 2018 году опубликовало тепловую карту пробежек и случайно раскрыло расположение секретных военных баз. Роботы-пылесосы iRobot снимали дома владельцев для обучения алгоритмов, и часть кадров утекла через подрядчиков по разметке. Рынок здесь устроен одинаково: данные стали главным капиталом ИИ-индустрии. Готовые датасеты такого качества приобрести попросту негде, поэтому их добывают через потребительские продукты. А пользователь еще и оплачивает свою работу подпиской, донатом или просто собственным временем.
