Футуристичные рендеры сопровождались уточненными цифрами: в первую фазу проекта в округе Граймс, штат Техас, вложат 16,8 млрд долларов, площадь комплекса достигнет 9,3 млн квадратных метров, а первая очередь создаст не менее 3000 рабочих мест. Штат Техас уже поддержал стройку грантом в 30 млн долларов из Texas Enterprise Fund (фонд поддержки крупных инвестпроектов).
И, похоже, что Маска в свое время крепко «покусал» Джордж Лукас — иначе сложно объяснить, зачем заводу микросхем такой вид, будто из его ворот вот-вот выедет имперский шаттл. Хотя один резон у этой эстетики все же находится: бизнесмену еще предстоит строить колонию на Марсе, а привычка проектировать здания в космическом стиле там точно не окажется лишней.
Маск представил Terafab в марте как совместный проект SpaceX и Tesla. Площадку выбрали рядом с водохранилищем Гиббонс-Крик, а идею завода описывают как полную вертикальную интеграцию: под одной крышей должны объединить проектирование чипов, литографию, разработку логики, производство памяти, продвинутую упаковку кристаллов (advanced packaging) и финальное тестирование. Обычно эти этапы разбросаны между десятками контрактных площадок по всему миру, и именно от их объединения Маск ждет ускорения цикла разработки.
Месяц назад ASML публично признала, что учитывает спрос Terafab в собственных планах. Финансовый директор компании Роже Дассен на отчетном звонке за второй квартал рассказал, что расширение мощностей на 2027 и 2028 годы теперь строится с оглядкой на завод Маска. Единственный в мире производитель машин для экстремальной ультрафиолетовой литографии (EUV, технология, без которой невозможно печатать самые тонкие транзисторы) уже почти полностью забронировал выпуск EUV-систем на 2027 год и получил существенный объем заказов на 2028-й.
К такому вниманию Маск приложил руку лично: в июне он появился на технологической конференции ASML и пообщался с сотрудниками по видеосвязи в присутствии генерального директора компании Кристофа Фуке, назвав ASML «пожалуй, величайшей компанией Европы», которую следует беречь и поддерживать. Но что именно поставят на площадку в Граймсе, пока не известно. Вакансия Tesla по инфраструктуре Terafab ориентирует на техпроцесс «класса 2 нанометров», а для такого уровня нужны самые передовые EUV-машины с высокой числовой апертурой (High-NA). Стоит каждая такая машина в районе $400 миллионов. Подтверждения конкретного заказа, числа установок или даты поставки публично нет — компания лишь включила спрос Terafab в свое планирование, а не раскрыла контракт.
Ради чего затевается вся стройка, понятно из списка клиентов внутри самой же империи Маска. Чипы должны достаться автопилоту и робо-такси Cybercab, вычислительным блокам гуманоидных роботов Optimus, ускорителям xAI и специализированным, в том числе радиационно-стойким, компонентам для орбитальных дата-центров SpaceX. Гарантированный внутренний спрос от трех компаний разом и должен избавить Маска от зависимости от внешних контрактных производителей вроде TSMC.
С деньгами разобраться сложнее, чем кажется, потому что цифры относятся к разным стадиям и не обязательно противоречат друг другу. 16,8 млрд долларов — это официально заявленный капекс (capital expenditure, капитальные вложения) первой фазы. Ранее в документах о налоговых льготах фигурировала оценка около 55 млрд долларов для всего первого крупного этапа, а суммарный бюджет при развертывании всех очередей может дойти до 119 млрд. Независимую оценку дал аналитик Morgan Stanley Эндрю Перкоко: по его расчетам, сама фабрика будет стоить ближе к 35–40 млрд долларов. А аналитики Bernstein разобрали заявленную цель в 1 тераватт вычислительной мощности в год буквально: чтобы ее достичь, потребовались бы 140–360 фабрик такой же мощности и от 5 до 13 триллионов долларов капитальных затрат. Это не прогноз стоимости техасской стройки, а наглядный расчет того, насколько нереалистично звучит цель Маска при дословном прочтении.
Реального производства чипов пока нет и в ближайшие месяцы не предвидится. В апреле Tesla заложила исследовательскую линию на северной площадке Giga Texas в Остине — это предшественник большого завода в Граймсе. Жесткого графика запуска серийного выпуска на самом комплексе компания не называла, и отраслевой ориентир здесь не в пользу оптимистичных сроков: строительство передовой фабрики обычно занимает два-три года, а затем еще год-два уходит на наладку оборудования и рост процента годных чипов. Поэтому конкурентоспособный завод стоит ждать после 2028 года, а для действительно нового производства уровня 2 нанометров с нуля некоторые аналитики называют более консервативные 2030–2031 годы.
По этой же причине аналитики TrendForce (тайваньское агентство, отслеживающее рынок полупроводников) и Bank of America сходятся в том, что в ближайшей перспективе Terafab не угрожает лидерству TSMC на передовых техпроцессах — сдерживают доступ к EUV-оборудованию, длинные сроки поставок и производственный опыт, который у корейской и тайваньской индустрии копился десятилетиями. Terafab скорее конкурирует с TSMC не за клиентов вроде Apple или Nvidia, а за инженеров, оборудование ASML и долю мощностей, которую сама Tesla иначе заказывала бы на стороне. С Samsung похожая история: корейская компания уже производит чипы для Tesla и располагает несравнимо большим опытом контрактного выпуска.
Живее всего борьба идет не за клиентов, а за людей. Tesla системно набирает инженеров в Остине и Пало-Альто — специалистов по литографии, технологическим модулям, интеграции процессов, метрологии и строительству капиталоемких фабрик, и в вакансиях подчеркивают поиск лучших кадров по всему миру, а не кампанию против одной компании. Подтвержден переход в Terafab ветерана Intel Гэри Цзяна, который работал над техпроцессом Intel 18A. Из ASML массового переманивания не зафиксировано — выступление Маска перед сотрудниками компании больше похоже на попытку расположить к себе ключевого поставщика, чем на кадровый рейд. А вот с Тайванем ситуация конкретнее: по сообщениям тайваньского издания Fast Technology, Tesla предлагает отдельным инженерам TSMC зарплату в 3–5 раз выше нынешней, от примерно 240 тысяч долларов в год, плюс ограниченные пакеты акций, и охотится именно за специалистами по травлению, осаждению тонких пленок, химико-механической полировке и повышению процента годных чипов с опытом техпроцессов тоньше 7 нанометров.
Terafab получился таким же, как прежние проекты Маска, — грандиозным и растянутым на годы вперед, и в то же время безусловно востребованным. Спрос на передовые чипы обгоняет предложение уже не первый год, а забронированная на два года вперед очередь на мощности ASML это красноречиво подтверждает. Между заложенным фундаментом и конкурентоспособным техпроцессом уровня 2 нанометров лежит целое десятилетие строительства, найма и отладки производства, но рано или поздно на рынке микроэлектроники наверняка появится еще один крупный игрок.
