На конференции LEAP 2026 (ежегодный крупный технологический форум, который Саудовская Аравия использует как международную витрину своих инвестиций в ИИ, дата-центры, стартапы и цифровую экономику) в Эр-Рияде саудовская компания Humain представила модель humain-m3. Эту нейросеть представили как первую по-настоящему национальную языковую систему для арабского мира. Разработчик проекта Султан Алфаифи (продюсер презентации) сначала назвал ее полностью саудовской. Продержалась эта версия недолго: пользователи X быстро заметили, что параметры humain-m3 один в один совпадают с параметрами китайской MiniMax M3, выпущенной в начале лета, и Алфаифи пришлось публично уточнить, что в основе действительно лежит модель шанхайской компании MiniMax.
Обе модели построены на архитектуре смеси экспертов — Mixture of Experts (MoE). Это означает, что при обработке каждого токена активируется лишь часть специализированных модулей («экспертов»): модель сохраняет общий масштаб в 428 млрд параметров, но использует примерно 23 млрд активных параметров на токен, снижая вычислительные затраты.
От чисто китайской основы humain-m3 отличает то, что Humain дополнительно обучила ее более чем на триллионе токенов арабоязычного контента, сделав ставку на литературный арабский, диалекты, культурный контекст и работу с инструментами и агентами. Результат — средний балл 89,37% по семи открытым арабским бенчмаркам, против 80,34% у базовой MiniMax M3 на тех же тестах. Сама MiniMax M3 создавалась как универсальная многоязычная модель с окном контекста в миллион токенов, встроенным пониманием изображений и видео и результатами в агентных задачах, которые, по данным независимых оценок, сопоставимы с показателями Claude Sonnet 4.6 от Anthropic. Сохранила ли арабская версия эти способности целиком, Humain пока не раскрыла — отдельной технической карточки с ограничениями и точными параметрами чекпойнта компания не публиковала.
Зачем саудовцам вообще понадобился китайский поставщик, объясняет структура рынка. OpenAI и Anthropic продают доступ к своим флагманским моделям через API, но не отдают веса — построить на их основе суверенную систему, развернутую на своих серверах и полностью подконтрольную местным регуляторам, невозможно в принципе. Китайские лаборатории — MiniMax, Alibaba с семейством Qwen, DeepSeek, Moonshot — сделали открытые веса частью своей рыночной стратегии, и для государства, которое хочет владеть моделью целиком, а не арендовать доступ к ней, это единственный практичный путь. Взять готовую MoE-архитектуру и дообучить ее под свой язык быстрее и дешевле, чем строить фронтир-модель с нуля.
Humain при этом — операционная компания государственного инвестиционного фонда PIF (суверенный фонд благосостояния Саудовской Аравии), запущенная в мае 2025 года по решению наследного принца Мохаммеда бин Салмана. Ее возглавляет Тарек Амин (ранее технический директор Rakuten Mobile и топ-менеджер индийской Reliance Jio), и цель он формулирует без обиняков — сделать королевство третьим по величине игроком в мировом ИИ после США и Китая. Только в первый месяц работы компания объявила о партнерствах почти на 23 миллиарда долларов, включая контракт на 18 тысяч чипов Nvidia GB300. На LEAP 2026 счет пошел на новый круг: свыше 15 миллиардов долларов новых сделок, среди них партнерство AMD-Humain-Cisco на 10 миллиардов и облачная зона AWS-Humain еще на 5 миллиардов. Параллельно с humain-m3 компания развивает собственное семейство арабских моделей ALLAMю Сотрудничество с Китаем эту работу не отменяет, а дополняет.
Есть и политический фон, который делает выбор партнера неудобным для Вашингтона. В апреле 2026 года два комитета Конгресса США — по внутренней безопасности и по Китаю — объявили совместное расследование китайских ИИ-моделей, назвав среди прочих DeepSeek, Alibaba, Moonshot и саму MiniMax. Конгрессменов беспокоят вопросы дистилляции данных, цензуры и того, с какой скоростью государства принимают китайские открытые веса как основу для своей инфраструктуры. Саудовская Аравия при этом остается одним из крупнейших покупателей американских чипов Nvidia в регионе и партнером Вашингтона по десяткам ИИ-сделок и одновременно строит национальную языковую модель на китайской архитектуре.
Пользоваться humain-m3 пока можно только в режиме research preview (исследовательская версия) на платформе HUMAIN Node, которая дает разработчикам, исследователям и компаниям доступ к моделям и вычислительным мощностям для тестирования и последующего развертывания. Отдельно Humain показала HUMAIN Voice — голосовую платформу, которая должна понимать не только литературный арабский, но и саудийский, магрибский, египетский и левантийский диалекты. Для голосовых ИИ-продуктов, которые обычно спотыкаются за пределами официального языка, это заявка на реальную нишу. В перспективе humain-m3 должна лечь в основу диалоговых сервисов, перевода, суммаризации арабских документов, поиска по корпоративным и государственным архивам и локальных ИИ-агентов для бизнеса, образования и госсектора.
Открытые веса модели Humain обещает выпустить уже в следующем месяце — по лицензии MiniMax Community License, после завершения обучения безопасности. Именно этот момент станет проверкой на прочность всей истории с суверенитетом: если веса откроют без серьезных ограничений, саудовская сторона получит модель, которую сможет развернуть, изменить и проверить без участия MiniMax. Если лицензия окажется с оговорками, разговор о полностью независимой национальной модели придется начинать заново.
