Токийский окружной суд впервые в истории Японии признал, что человеческий голос охраняется правом на публичность так же, как внешность и имя. Парадокс в том, что сам истец, актер озвучания Кэндзиро Цуда, процесс проиграл. Суд отклонил его требование удалить ролики, просто потому что к моменту решения их уже удалили и так.
Цуда — один из самых узнаваемых голосов японской анимации, его слышали в «Магической битве», «Человеке-бензопиле» и в роли Сето Кайбы из Yu-Gi-Oh!. Поводом для иска стал анонимный аккаунт в TikTok с 210 тысячами подписчиков. С июля 2024-го по сентябрь 2025-го он выложил 188 роликов о городских легендах, мистике и занимательных фактах, и все их озвучивал голос, подозрительно похожий на баритон Цуды. По данным истца, каждый такой пост набирал в среднем 1,47 млн просмотров и приносил автору от 500 до 750 тысяч иен в месяц, то есть $3200–4800. Адвокаты актера ссылались на акустический анализ, который, по их словам, выявил целенаправленное подражание его «глубокому и бархатному» тембру. TikTok возражал: в видео звучит «обычный мужской голос», а сам автор паблика объяснял, что обучил нейросеть на записях друга.
Председательствующая судья Ая Такахаси сформулировала главную мысль решения так: «голос человека — символ его личности, как и изображение». Использование голоса без разрешения может нарушать права, если цель — заработать на привлекательности знаменитости. Требование об удалении отклонили по формальной причине: аккаунт и файлы уже стерты, и на серверах TikTok их больше нет.
Это решение важно потому, что в Японии до сих пор нет отдельного закона, который прямо защищал бы голос человека от несанкционированного использования. Право на публичность в стране сформировалось не через специальный нормативный акт, а благодаря решениям судов. Оно защищает коммерческую ценность узнаваемых признаков человека, прежде всего его имени и внешности. В 2012 году Верховный суд Японии в деле певческого дуэта Pink Lady объяснил, в каких случаях использование чужого образа может нарушать это право. Тогда один журнал без разрешения опубликовал 14 фотографий певиц в статье о диете, построенной на танцевальных движениях из их песен. Участницы дуэта потребовали компенсацию, заявив, что издатель использовал их узнаваемость в коммерческих целях.
Государственные органы уже указывали, что голос может охраняться по тем же принципам, что имя или внешность. В частности, такие разъяснения публиковали Министерство юстиции и Министерство экономики Японии. В августе экспертная комиссия при Минюсте предложила прямо приравнять голос к изображению человека.
Но все это были рекомендации и трактовки, а не судебные решения. До нынешнего дела ни один японский суд не подтверждал напрямую, что голос подпадает под право на публичность. Теперь такое подтверждение появилось, и на него можно ссылаться в будущих спорах, например о несанкционированном использовании или имитации голоса с помощью ИИ.
Для японской индустрии озвучания это больная тема. Сэйю (так в Японии называют актеров дубляжа) годами жалуются на клоны своих голосов, а Мэгуми Огата, голос Синдзи Икари из «Евангелиона», публично говорила, что у нее «разбито сердце» из-за генерации голосов без разрешения. Соседи по региону идут своим путем: летом шанхайский суд обязал сервис изменения голоса выплатить miHoYo, создателю Genshin Impact, 750 тысяч юаней (около $112 тысяч) за копирование голосов 63 персонажей. Там, правда, опирались на авторское право на игру, а права живого человека суд не рассматривал.
Синтетические голоса и ИИ-озвучка уже превращаются в большую и быстро растущую индустрию — для рекламы, видеоигр, кино, дубляжа, аудиокниг, виртуальных ассистентов и создания контента. Технологии позволяют дешево и быстро воспроизводить знакомую манеру речи, поэтому бизнес вокруг голосовых моделей развивается заметно быстрее, чем законодательство успевает определить правила их использования.
Показательно, что в день решения Токийского окружного суда компания ElevenLabs, один из крупнейших разработчиков технологий ИИ-озвучки, сообщила о продаже акций сотрудников исходя из оценки компании в 22 млрд долларов, и это примерно вдвое выше, чем в феврале этого года.
