На республиканский конкурс инновационных проектов в этом году подали 271 заявку. И это рекорд за все 17 лет, что он проводится. Этому и была посвящена пресс-конференция, где организаторы объяснили, как работает конкурс и как вообще устроена поддержка изобретателей в Беларуси.
Отбор перспективных проектов проводят с 2010 года, тогда Совет министров утвердил положение о нём. Организаторов четверо: Государственный комитет по науке и технологиям (ГКНТ), Национальная академия наук, БРСМ и Минобразования. Задача с самого начала одна — довести перспективную разработку до реального продукта. В официальной формулировке это звучит так: стимулировать реализацию проектов, помочь им найти инвестора и дойти до коммерческого результата.
Отсюда и требования к заявке. Одной презентации недостаточно. Кроме презентации и паспорта проекта автор обязан приложить бизнес-план или технико-экономическое обоснование, а к ним — стратегию коммерциализации. То есть просчитанный путь к деньгам, а не только техническое решение.
Номинаций две: «Лучший инновационный проект» — для любых авторов, «Лучший молодёжный инновационный проект» — для тех, кому не больше 35 лет. Сверх этого каждый год открывают дополнительные номинации. В этом году их набралось тридцать.
Организационно-техническую работу конкурса ведёт Белорусский инновационный фонд — некоммерческая организация, подчинённая тому же ГКНТ. Он принимает документы, готовит их к экспертизе и сопровождает участников до финала. Но конкурс — лишь малая часть его работы, и с призами она почти не связана. Основные деньги фонд выдаёт иначе: предприятиям, которые уже готовы к производству, а не только к защите бизнес-плана, он даёт долгие возвратные займы — до семи лет, под половину ставки рефинансирования.
Из 271 заявки этого года 147 пришли в молодёжную номинацию и 124 — в общую, без учёта дополнительных. Приём закрылся 1 августа, сейчас проекты проходят экспертизу, а до очной защиты в декабре, по словам Екатерины Лакисовой из Белинфонда, дойдут только 40 финалистов — по 20 в каждой из двух основных номинаций. Не менее четырёх проектов получат более 25 тысяч белорусских рублей, которые пойдут на то, чтобы довести разработку до продажи. Участникам вдобавок дают бесплатные семинары по бизнес-планированию, выставки и встречи с инвесторами.
У Белинфонда есть еще одна задача, о которой рассказала заместитель директора Наталья Марцинкевич. Организация финансирует научные разработки, освоение производства и венчурные проекты предприятий на срок до семи лет, с отсрочкой платежа по долгу и процентам до двух лет, а плата за пользование деньгами — всего половина ставки рефинансирования Нацбанка. Путь к этим деньгам длиннее конкурсного. Сначала предприятие ищет государственного заказчика — это может быть министерство, ведомство или облисполком. Дальше проект проходит ведомственную экспертизу, затем государственную научно-техническую, и только после отбора на комиссии ГКНТ стороны подписывают трехсторонний договор — заказчик, Белинфонд и сама компания.
Второй этаж системы — Республиканский центр трансфера технологий, и он занимается тем, что происходит с проектом уже после победы. Центр, которым руководит Александр Успенский, бесплатно помогает победителям оформить разработку в понятном для иностранного инвестора виде и найти покупателя в Беларуси, России и за рубежом. У организации более сотни соглашений с партнерами в двух десятках стран. Самое неожиданное на конференции сказал именно Успенский: победители конкурса на удивление пассивны в поиске партнеров. В общем каталоге центра 1675 предложений, а от лауреатов республиканского конкурса — всего 14, и те, по его словам, попали туда только потому, что сотрудники центра сами их находят и приводят. Масштаб проблемы он обозначил прямо: чтобы довести технологию до самоокупаемости, нужно минимум пять лет и порядка 10 миллионов долларов, а доходит до этой точки в среднем каждый десятый проект. Никакие 25 тысяч рублей сертификата этот разрыв не закрывают. Среди редких удач он назвал разработки Академии наук в электротранспорте и новых материалах, а также проекты в мясо-молочной промышленности.
Еще есть студенческая инициатива поддержки инноваций — движение StartUp Space, и о нем рассказал Егор Олиферко, начальник отдела «Стартап-центр БГУ» и председатель совета объединения. Начиналось оно шесть лет назад как один проект БГУ, а сейчас это общественное объединение с филиалами в двенадцати вузах — партнерах Парка высоких технологий, и в этом году секретариат ПВТ впервые поддержал программы деньгами. 15 сентября сообщество проведет на Falcon Club Arena форум Space Day — начало в 14:00, вход бесплатный по регистрации, ждут больше двух тысяч участников. Там же представят портал Space Media, что-то вроде навигатора для белорусского фаундера от идеи до поздних стадий бизнеса.
При StartUp Space работает акселератор Space University. Обучение в нем проходит два месяца, из них шесть недель занятий, а дальше финал и демо-день, и в этом году программа идет уже в двенадцати вузах вместо одного БГУ. Есть и хакатоны, около шести в год: компания-заказчик приносит реальную задачу, из всех желающих набирается 40-50 команд, три дня работы, в финал выходят двадцать, призы получают три, а призовой фонд каждого хакатона — 6-7 тысяч рублей. Смысл, по словам Олиферко, не только в призах — компании присматривают сильных студентов еще во время учебы и тестируют на них свои решения, а студенты впервые видят, как выглядит настоящая бизнес-задача. Сам он описывает логику движения как спортивную: через воронку пропускают тысячи, чтобы на выходе получить единицы, а предпринимательским потенциалом обладает меньше 1% студентов.
Про офис для самых ранних стартапов Олиферко сказал отдельно: технопарки берут резидентов только с оборотом и готовым продуктом, поэтому начинающим фаундерам остаются клубы молодежных социальных служб — фактически муниципальные бизнес-инкубаторы, каких в стране больше двух сотен.
На вопрос, не убивает ли Искусственный интеллект креативность стартаперов, Олиферко ответил обратным — стало только лучше. Раньше на минимально жизнеспособный продукт уходило полгода-год, команды за это время успевали развалиться, а теперь гипотезы проверяют быстрее и дешевле, участников в программах стало больше, и часть выпускников вообще строит бизнес на ИИ-агентах для чужих компаний. Общее отношение конференции к новым инструментам точнее всех сформулировала представительница Белинфонда: молоток не ругают за то, что он ударил по пальцу — все зависит от рук, которые его держат.
